Пакет антикоррупционных законов вступил в силу 10 января этого года. А уже в конце месяца курултай — парламент Башкирии — с подачи республиканского руководства направил в Конституционный суд РФ запрос о проверке... их соответствия главному закону страны. Цена вопроса — неприкосновенность Виктора Ганцева, одного из депутатов курултая, которого Генпрокуратура безуспешно пытается привлечь к уголовной ответственности в течение последних шести лет.

История с Ганцевым началась в марте 2003 года, когда прокуратура возбудила уголовное дело по факту уклонения от уплаты налогов. В рамках дела планировалось привлечь к ответственности и члена госсобрания Башкирии.

Согласно версии следствия в начале века сегодняшний депутат и тогдашний генеральный директор ОАО «Башнефтехим» заключил фиктивные договоры с двумя компаниями, зарегистрированными в офшорной зоне «Байконур». По бумагам выходило, что эти компании являлись переработчиками нефти для четырех уфимских НПЗ. Также выходило, что эти мнимые нефтепереработчики, зарегистрированные в офшоре, не платили в отечественную казну акцизы. Как подсчитали следователи, нанесенный государству ущерб составил 8 млрд рублей.

То дело закончилось уплатой недоимки. И все. Обвинений Ганцеву, известному в Башкортостане как «правая рука» Урала Рахимова, сына возглавляющего республику Муртазы Рахимова, не предъявлено. В самом курултае покой депутата охраняли жестко: «Он был избран в парламент в 2003 году, и вопрос о снятии с него депутатского иммунитета пока не стоит». И не стоял этот вопрос вплоть до 10 января этого года.

Однако вступившие в силу антикоррупционные законы поставили защитников Ганцева в двусмысленное положение. В частности, новые нормы отменили норму, согласно которой привлечь «неприкосновенных» депутатов к ответственности можно было только после получения заключения о «наличии признаков преступления» от коллегии из трех судей, представителей суда субъекта Федерации. Понятно, почему дело Ганцева трижды застревало на уровне Верховного суда республики.

Теперь для того чтобы у Ганцева или любого другого гражданина «с депутатским иммунитетом» начались неприятности, достаточно решения главы следственного управления Следственного комитета при Генпрокуратуре РФ по Башкирии.

И тут началось странное. 29 января руководство Башкирии инициировало принятие курултаем запроса в Конституционный суд РФ. Формулировка постановления многословна: "Обратиться в Конституционный суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности подпункта «д» пункта 1 статьи 13 Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией Конвенции Организации Объединенных Наций против коррупции от 31 октября 2003 года и Конвенции об уголовной ответственности за коррупцию от 27 января 1999 года и принятием Федерального закона „О противодействии коррупции“.

Речь идет о том самом мешавшем исполнению федеральных законов правиле трех судей из местных. А также о том, что региональные власти вдруг усомнились в правильности и, главное, правомочности действий президента страны, который очень многое сделал для того, чтобы антикоррупционный пакет не просто вступил в силу, но и работал.

Примечательно, что республиканское руководство озаботилось конституционным соответствием принятых более месяца законов только сейчас. Хотя оно имело возможность выступить намного раньше. Национальный план противодействия коррупции был обнародован еще летом прошлого года. А в ноябре Дмитрий Медведев в Послании Федеральному Собранию говорил о значении Конституции „для избавления от коррупции и правового нигилизма“. Похоже, определенные силы в Башкирии наконец увидели угрозу собственным деловым интересам и потому принялись творчески переосмысливать это значение Конституции. И пытаются поставить ее на службу своим людям.

Кстати, следить за судьбой запроса в КС тем же постановлением курултая назначен председатель республиканского парламента Константин Толкачев. Тот самый, который в конце декабря прошлого года, когда антикоррупционные законы проходили Госдуму и Совфед, говорил правильные слова на заседании Ассоциации законодательных органов государственной власти регионов Приволжского федерального округа. Тогда спикер башкирского парламента рассказывал собравшимся о том, что его республика — первый регион в стране, где еще в 1994 году был принят закон по борьбе с коррупцией. И даже напомнил о том, что Башкирия предлагала провести ревизию всех олигархических структур, но не была поддержана.

Как видно, сейчас Башкирия выходит с диаметрально противоположным предложением. Похоже, некоторые местные структуры не подлежат ревизии. Ради них, как считают в регионе, можно выступить и против необходимого всей стране закона.