Скандальное дело разворачивается в Приморском Крае. За клевету на прокурора города за решеткой оказались сразу несколько человек. Один из фигурантов дела - пожилой инвестор из США, больной сахарным диабетом, вот уже 8 месяцев находится в СИЗО. Миллионные вложения в экономику закончились для него самым неожиданным образом.

Инвестиционный климат в нашей стране «далек от совершенства», - на недавней встрече с представителями бизнеса президент РФ Дмитрий Медведев вынужден был вновь вернуться к этой вопросу, несмотря на то, что после его первого призыва к правоохранительным органам перестать «кошмарить бизнес» прошло уже три года.

Сигнал был дан – но, похоже, до сих пор так и не дошел до адресата. И по сей день отсутствие «проблем с законом» не гарантирует инвестору, что такие проблемы у него не появятся, если его бизнес кажется достаточно привлекательным. О каком, к примеру, чувстве защищенности может идти речь, если немолодого уже предпринимателя с приступом сахарного диабета можно вытащить из машины скорой помощи, чтобы побыстрее посадить в самолет, который доставит его в СИЗО по месту проведения следствия? Если можно по несколько раз в году требовать от управления по налоговым преступлениям возбуждения уголовного дела об уклонении от налогов? Это вовсе не гипербола.

С двухмесячного заключения подозреваемого по делу о клевете на должностное лицо (статья 129 УК РФ – ее президент, кстати, в июне предложил вообще исключить из Уголовного кодекса) началась полтора года назад история противостояния одной приморской компании и прокуратуры Владивостока. А немного погодя последовало обвинение в мошенничестве – уже традиционная для бизнесменов в России статья УК. Но все по порядку.

Опасные инвестиции

Еще лет 10 назад Первореченский рынок Владивостока представлял собой грустное зрелище и больше походил на устроенную в центре города свалку контейнеров. Но после того, как в 2001 году рынок приобрел Алексей Сорокин, ситуация стала меняться. Новые хозяева (наряду с Сорокиным, собственниками предприятия являются его жена Елена Кудрявцева и дочь, Илона Котельникова) вложили в обустройство рынка немало средств. За несколько лет он превратился в один из лучших в городе – министрам показывать не стыдно, без преувеличений. В сентябре 2009 года приморские власти демонстрировали образцовый объект цивилизованной рыночной торговли министру внутренних дел Рашиду Нургалиеву, приехавшему во Владивосток обсудить вопросы соблюдения законности в отношении малого и среднего бизнеса, и тот остался доволен. «Созданы все условия для эффективной работы. Предприниматель и производит сельскохозяйственную продукцию, и реализует. У него есть обустроенное рабочее место и все необходимые лицензии», - констатировал Нургалиев.

В рамках реконструкции на территории рыночного комплекса был построен восьмиэтажный бизнес-центр – к осени 2009 года оставалось лишь завершить внешнюю отделку. После ввода здания в эксплуатацию в нем, помимо торговых предприятий, должны были разместиться детская комната и медицинский центр. В дальнейших планах владельцев было строительство многоярусной парковки. Но сейчас о парковке и речи не идет. Даже бизнес-центр – и тот так и стоит: второй год без облицовки.

Едва только его строительство, продолжавшееся пять лет и стоившее хозяевам миллионы долларов, было в основном завершено, на здание обратила внимание прокуратура Фрунзенского района Владивостока. Правда, проверка, проведенная по ее требованию отделом Госстройнадзора в октябре 2009 года, никаких особенных нарушений не нашла – за исключением того, что коммерсанты уже обживали два этажа бизнес-центра, хотя формально он еще не был сдан (на первом этаже расположились торговые ряды, на последнем – администрация «Сельхозрынка»). Разрешение на строительство и другие документы были в порядке, так что предписание Госстройнадзора было простым: получить разрешение на эксплуатацию здания, до получения разрешения не эксплуатировать. Правоохранительные органы, тем не менее, заподозрили, что центр построен незаконно. В 2009-2010 гг. Прокурором г. Владивостока и прокурором Фрунзенского района г. Владивостока заявлены ряд исков, в том числе иск о признании выданного владельцам «Сельхозрынка» разрешения на строительство незаконным и о сносе «самовольной постройки». Дело это прокуратура проиграла. Но к тому времени, как тяжба закончилась, у хозяев рынка появились проблемы посерьезнее исков о признании недействительным разрешения на строительство здания– они стали обвиняемыми по уголовным делам.

В СИЗО за клевету на стенах

По версии следствия, владельцы ОАО «Сельхозрынок» решили отомстить прокурору за поданный им иск о сносе бизнес-центра и поручили сотрудникам своего предприятия разрисовать стены домов во Владивостоке обвинительными надписями в отношении прокурора г. Владивостока. Эта «рекламная кампания» и стала поводом для возбуждения уголовного дела по статье 129, ч.3 УК РФ – «Клевета, соединенная с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления». Подозреваемыми по делу оказались совладелец рынка Алексей Сорокин, коммерческий директор Эдуард Бондаренко и начальник службы безопасности Максим Захаренко.

24 марта 2010 года на предприятие нагрянули с обыском. Для проверки показаний свидетелей о том, что деньги на изготовление баннеров были выданы из кассы ОАО «Сельхозрынок», следствие изъяло всю финансовую документацию предприятия за несколько лет. Прошли обыски и на квартирах сотрудников. Коммерческий директор Бондаренко в тот же день был задержан, и спустя еще два дня суд санкционировал его арест, вняв доводом следствия о том, что подозреваемый в клевете может, во-первых, скрыться, а во-вторых, оказать давление на свидетелей. Позже Бондаренко выпустили под залог в 300 тысяч рублей, но к этому времени он провел за решеткой уже почти два месяца. Родные Алексея Сорокина заподозрили, что за вниманием правоохранительных органов к его предприятию может стоять желание забрать у него бизнес. Однако результаты проверки, проведенной по их обращению Следственным управлением по Приморскому краю, таковы: сообщения о вымогательстве взятки сотрудниками прокуротуры «подтверждения не нашли», доводы о попытке рейдерского захвата предприятия «необоснованны», «нарушений требования уголовно-процессуального законодательства в ходе расследования уголовного дела не допущено».

Дело о клевете на прокурора в отношении Алексея Сорокина передано в суд. Но статья 129, положившая начало уголовному преследованию собственников «Сельхозрынка», вот-вот должна быть исключена из Уголовного кодекса – соответствующие предложения внес этим летом в Госдуму президент РФ Дмитрий Медведев. В пояснительной записке к президентскому законопроекту поясняется, что «оскорбление и клевета по степени общественной опасности более соответствуют деяниям, предусмотренным Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях». Это, кстати, означает: есть шанс, что коммерческий директор «Сельхозрынка» Эдуард Бондаренко окажется последним, кто до суда несколько месяцев отсидел в СИЗО по подобным обвинениям. Может быть даже, он единственный такой человек в России – адвокат Кормилицын говорит, что других случаев избрания подозреваемым по делам о клевете меры пресечения в виде заключения под стражу он не нашел.

Уплата налогов – не повод спать спокойно

Тем временем, изъятая при обыске по делу о клевете финансовая документация «Сельхозрынка» пригодилась для других целей. В течение 2010 года следствие инициировало целую серию запросов о возбуждении уголовного дела в отношении совладелицы рынка, жены Алексея Сорокина Елены Кудрявцевой. Из полученных Кудрявцевой уведомлений о результатах доследственных проверок следует, что ее четыре раза за последние полтора года пытались обвинить в уклонении от уплаты налогов (ст.198 УК РФ). Однако каждый раз Управление по налоговым преступлениям УВД по Приморскому краю не находило для этого никаких оснований. Судя по одному из уведомлений, которое пришло уже весной 2011 года, инкриминировать Кудрявцевой пытались даже уклонение от налогов в особо крупном размере (ч.2 ст. 198), но, естественно, вновь безуспешно. В документах не было и не могло быть никаких признаков уклонения от налогов, и тем более «в особо крупном размере»: вся бухгалтерия «Сельхозрынка» велась «в белую». «Предприятие ежемесячно платит 1,7 млн рублей налогов в городской бюджет, предоставляет рабочие места, исправно вносит коммунальные платежи…», - объяснял местным СМИ коммерческий директор Эдуард Бондаренко.

Самолет важнее «скорой»

60-летний Алексей Сорокин является гражданином США, и когда его противостояние с прокуратурой перешло в уголовную плоскость, он вместе с семьей предпочел покинуть пределы РФ. Людям, вложивших миллионы в экономику Приморского края, в развитие Владивостока, по сути, пришлось покинуть страну. Но Сорокин не выдержал – несмотря на угрозу уголовного преследования, вернулся, надеясь добиться справедливости. К этому времени набор претензий к нему пополнился: 22 октября 2010 года следователь вынес постановление о привлечении Сорокина в качестве обвиняемого по делу о мошенничестве, совершенном группой лиц по предварительному сговору в особо крупном размере (ст. 159, ч.4). По версии следствия, предприниматель прибег к подделке документов с целью хищения у одного из арендаторов рынка торгового оборудования стоимостью 4 млн рублей. Сорокина задержали 30 ноября в Москве – как следует из данных анкеты, размещенных на сайте www.kapitalisty.ru, на выходе из Общественного антикоррупционного комитета, председателем которого является депутат Госдумы Антон Беляков. Комитет, судя по его сайту, занимается, в числе прочего, и антирейдерской деятельностью – и Сорокин, уверенный, что в его случае речь идет о рейдерском захвате, договорился о встрече с исполнительным директором этой организации, Вадимом Маршаковым, надеясь на его помощь. При задержании немолодому уже предпринимателю стало плохо – приступ сахарного диабета. Приехавшие по вызову в Савеловский следственный отдел врачи «скорой» предложили госпитализировать пациента. Но по пути в 67-ю больницу «Скорую» остановила машина сопровождения следственного отдела. «Больной был выведен из машины 03 сотрудниками следственного отдела и пересажен в машину сопровождения, - говорится в справке, выданной позднее адвокату на станции скорой помощи. - Мотивация – не успевают на рейс в аэропорт». Похоже, смерти Сергея Магнитского и Веры Трифоновой, скончавшихся без необходимой медицинской помощи в московских следственных изоляторах, следователей ничему не научили. Но на этот раз все обошлось. И в аэропорт они успели. Сорокин отправился в СИЗО Владивостока.

Принятый по инициативе президента РФ Дмитрия Медведева закон о возможности изменения меры пресечения в виде заключения под стражу обвиняемым, у которых имеются тяжелые заболевания, на судьбу Алексея Сорокина влияния не оказал. Согласно заключению приморских врачей, у него диабет средней тяжести, и суд, продлевая ему срок содержания под стражей, указал, что заключенный получает все необходимое лечение, а заявления об ухудшении его самочувствия являются «голословными». Была бы собственность – а статья найдется У следствия есть и еще один аргумент в пользу содержания Сорокина под стражей: ему вменили попытку подкупа свидетелей (ст. 309 УК РФ) по самому первому из возбужденных против него уголовных дел, о клевете на прокурора. Показания неподкупных свидетелей (уволенных Сорокиным бывших сотрудников «Сельхозрынка») стали одним из решающих аргументов, когда решался вопрос о продлении ему меры пресечения: свидетели, как выяснилось, опасаются за свою жизнь и за жизнь своих близких, потому что Сорокин, по их словам, угрожает им, даже находясь в следственном изоляторе. Однако глаза боятся, а руки делают. Максим Захаренко, теперь уже бывший начальник службы безопасности ОАО «Сельхозрынок», сознавшийся в своей причастности к изготовлению баннеров против прокурора и получивший за это штраф, между делом отсудил у совладелицы рынка Илоны Котельниковой подаренный ей отцом Mercedes. То есть это Сорокин и Котельникова говорят, что это был ей подарок на день рождения, а их оппоненту удалось доказать в гражданском процессе, что тот машине законный владелец, кто указан как ее грузополучатель, и кто занимался ее таможенным оформлением.

В борьбе за честь мундира

Если бы семья Сорокина не уехала за рубеж, не исключено, что на рынке уже сейчас заправляли бы совершенно посторонние люди. Вопрос, кому и зачем нужно было избавляться от собственников предприятия, вложивших миллионы в его развитие, остается открытым. Но местные власти, еще недавно с гордостью водившие по Первореченскому рынку столичных гостей, предпочитают его себе не задавать, и на ситуацию никак не реагируют - будто ничего и не происходит. Неизвестной остается и дальнейшая судьба Алексея Сорокина – поскольку по части обвинений следствие закончено, его будущее, очевидно, определит суд. Сложившаяся в России практика, когда суды практически всегда принимают сторону обвинения, вряд ли позволяет ему надеяться на оправдательный приговор. Поэтому защитники Сорокина предполагают, что наиболее вероятным исходом дела для него окажется штраф. Так было ли нужно – и если было нужно, то кому – держать в СИЗО 60-летнего предпринимателя? Неужели, вопреки указаниям президента РФ Дмитрия Медведева, назвавшего создание комфортных условий для инвесторов одной из главных задач и правоохранительных органов, и государства в целом, инвестиции до сих пор могут быть расценены вовсе не как ключ к модернизации экономики, а всего-навсего как самая дорогая возможность попасть за решетку?